Царь Алексей Михайлович и Никон 1886 г.
Архиепископ Новгородский у гроба чудотворца Филиппа, митрополита Московского. Александр Литовченко (1835-1890). Холст, масло. Приобретено П. М. Третьяковым у автора. 1886 г.
При создании картины Александр Литовченко обратился к «Истории России с древнейших времен» Сергея Соловьёва. Художника заинтересовал сюжет, ставший началом короткого исторического периода почти абсолютного слияния светской и церковной властей. Митрополит Московский Филипп был известен как обличитель злодейств опричников царя Ивана Грозного, от руки которых в итоге погиб. Мощи его перенесли в Соловецкую обитель, где он некогда был настоятелем. Почти через полвека после этих событий игуменом обители стал Никон (в миру Никита Минин). В 1646 году Никон отправился в Москву, где привлек к себе внимание молодого царя Алексея Михайловича (Тишайшего). Со временем церковнослужитель был возведен в сан митрополита Новгородского и Великолуцкого, постепенно приобретая все большее влияние на царя. Летом 1652 года по инициативе Никона мощи митрополита Филиппа были перенесены из Соловецкой обители в Успенский собор Московского Кремля. В течение десяти дней гроб с телом чудотворца был выставлен для поклонения в Москве в центре собора, где в свое время Филипп не побоялся обличить пред лицем Иоанна Грозного зверства опричников. Здесь, в храме, случилось невероятное: царь под влиянием общения с Никоном искренне покаялся за поступки царя Иоанна IV и попросил Никона принять патриаршество. Тот согласился при условии его полной свободы в устройстве церковной жизни. Именно этот момент и запечатлел художник. Митрополит Паисий Лигарид (1610-1678) отмечал огромный рост Никона, громадную голову, черные, несмотря на возраст, волосы, низкий нахмуренный лоб. Моделью для образа Никона послужил известный художественный критик Владимир Стасов, который вспоминал: «Никон у Литовченко писан с меня; только он сделал меня лет на 20 помоложе... Патриаршью мантию Литовченко добыл на несколько дней из ризницы Невского монастыря, белый клобук сшил сам по уцелевшему оригиналу, а позу и положенье рук предоставил мне избрать самому».